Казачество Москвы Отечество. Вера. Служение.

Здравствуй, старший брат! …Или младший папа?

   В четырнадцатом, после возвращения в Крым России, мы, казаки мятежного Полуострова, были в ожидании того, какое решение в отношении нас примет руководство страны: будет ли создано новое, отдельное, крымское казачье войско, или же нас присоединят к территориально близкой казачьей организации традиционного происхождения – Войску Кубанскому?

  Крымского казачества, в виде структуры, или, проще говоря, в форме войска, как часто любят саркастично замечать нелюбители казаков, действительно не существовало. Казаки, однако, на полуострове были: одно из подтверждений тому – топоним «Бухта казачья». Во время русско-турецкой войны семидесятых годов восемнадцатого века для наблюдения за турецкими кораблями вдоль крымского побережья командование разместило казачьи посты, и одной из бухт впоследствии присвоили соответствующие наименование. В честь бойцов казачьего «спецназа», участников Крымской войны, названа одна из улиц Нахимовского района нашего города – «Пластунская».

  Участвовали казаки в самом первом сражении этой войны – на Альминском поле 8(20) сентября 1854 г. Третья Донская артиллерийская батарея наносила своим огнём значительные потери англичанам и французам. Эта же батарея, состоящая из двенадцати пушек, лупила по врагу и во время Балаклавского сражения, в котором бились также шесть сотен Первого Уральского казачьего полка, Пятьдесят третий Донской казачий полк и Второй линейный (пластунский) батальон Черноморского казачьего войска.

  О подвигах казаков в той войне можно говорить много и интересно, но задача нашей статьи несколько иная. Хочется лишь добавить: нельзя забывать и того, что древнее коренное население Таврии – скифы (сарматы) – это одни из предков русских, и казаков в том числе, и боевые традиции пришли к казакам от них. Красные лампасы, кстати, тоже.

  Да и постановка вопроса – «Были, не были» – тоже какая-то неуместная. А что, на Кубани были? Или на Тереке? Или на Урале, в Забайкалье и так далее? Днепровские казаки, в том числе и запорожцы (которых по недоразумению иногда называют «украинскими») – тоже давние переселенцы с казачьего Дона. «Не были» – да дошли. Наверняка и хан Кучум тоже злобно шипел на казаков Ермака: «Их здесь раньше не было!», или что-то в этом роде.

  А нынче вот и до Крыма «дошли». И они здесь есть. Это – реальная, но пока ещё, к сожалению, только потенциальная сила, использующая своё «КПД» лишь на … процентов. Точно посчитать такое, конечно, невозможно, но автор полагает, что это два – три процента. В основном благодаря тем казакам, которые задействованы в Сирии и на Донбассе…

   …Но вернёмся из истории далёкой в историю (теперь уже) новейшую. Казачью организацию в Крыму создали собственную, отдельную. Вожака, правда, крымская власть продвинула своего – некоего В. Миронова, которого, однако, вскоре сами казаки «попросили».

  А главой Общества избрали человека, пользующегося у крымских казаков непререкаемым авторитетом, ветерана Донбасса Вадима Яковлевича Иловченко, истового русского человека, казака, атамана, известного автору этих строк не понаслышке, а по совместному участию во многих крымских казачьих делах, связанных с борьбой за Православную веру, за нашу русскую идентичность, за Русский Крым...

В. Иловченко и А. Марета

  И вот вдруг новость: создана новая структура – «Черноморское казачье войско», атаманом которого был выдвинут и избран уже совсем другой человек – Антон Викторович Сироткин, также известный автору как казачий атаман ещё с дремучих украинских времён, и с которым также когда-то приходилось стоять плечом к плечу в наших казачьих противостояниях с тогдашней антирусской властью…

  В общем – решением большинства войско учредили. Устав приняли. Новоиспечённого атамана к присяге привели. Первого заместителя (по казачьи – Товарища) избрали – Воронина Д.А. Поздравления от официальных лиц выслушали – представителей законодательных и исполнительных органов Севастополя и Крыма. По окончании официальной части перед собравшимися казачьи коллективы выступили, после, как заведено – традиционный кулиш…

  При этом, изначально, одним из выдвинутых казаками кандидатов на должность атамана войска был севастополец Александр Айдерович Красюк – атаман Севастопольского окружного казачьего общества. Но он взял отвод, извинившись перед теми, кто его выдвинул. Однако был тут же назначен заместителем атамана – начальником Штаба Войска, как боевой офицер, прошедший войну.

  Приятно всё-таки, что наш, севастопольский. Отсюда, кстати, и не совсем корректная информация о том, что Штаб «Черноморского казачьего войска» разместится в Севастополе, вызвавшая столь бурную реакцию в сети, мол, «очередных дармоедов нам на головы посадят…» Здесь будет, а фактически уже находится Начальник Штаба войска. И помещение Штаба давно уже существует, просто меняется его статус.

  Приятно было узнать и то, что на казачий круг был приглашён глубоко уважаемый автором этих строк депутат Законодательного собрание Севастополя Виктор Александрович Посметный. Доброжелательная атмосфера собрания, практически полная согласность в процессе выборов, а главное – неравнодушие собравшихся казаков, которых присутствовало более трёхсот человек, ярко выраженный их духовный подъём – всё это произвело на Виктора Александровича доброе впечатление…

  …Так что же это было?! Что за перестановка? Звоню Вадиму Яковлевичу Иловченко – нет связи; как потом выяснилось, сменил номер. Звоню Сергею Николаевичу Юрченко – ветерану крымского казачьего движения ещё с начала девяностых годов – тоже связь отсутствует. Тут всё ясно – значит, на Донбассе.

Декабрь 2009. С.Юрченко

  Храмову набираю, Виталию Петровичу – он в Москве, поехал пресс-конференцию давать, не в курсе. Храмов, кто не знает – ярчайшая личность в Крыму, создатель и старейшина самой мощной и боевой казачьей организации середины – конца нулевых – общины «Соболь». А Вадим Иловченко был атаманом именно этой общины. За правду боролись так, что несколько их бойцов украинские власти упекли за решётку.

Осень 2009. Митинг у суда в г. Симферополе. Судят В. Иловченко.

  И атамана, в том числе, тоже приговорили к семи годам заключения. За то, что препятствовал «сильным» мира сего строить автозаправку в центре Симферополя, в непосредственной близости от жилых домов, что даже по украинским законам категорически запрещено.

 Только наличие семерых детей, безупречная репутация и мощная общественная поддержка, выражавшаяся в непрекращающихся митингах и пикетированиях суда, спасли Вадима Яковлевича от тюремного заключения – реальный срок заменили условным. Но для нас, казаков, факты всех этих судимостей – дороже всяких наград.

Суд над Вадимом Иловченко. Казаки у здания суда

Судят атамана Иловченко. Выступает атаман Марета.

Через дорогу напротив суда. Без комментариев...

 Не обошла украинская «Фемида» своим вниманием и самого Храмова. А поводом для этого стало его гневное выступление летом 2010 года на похоронах пятилетнего Вити Шемякина, которого убил, перерезав горло, адепт запрещённой теперь в России псевдоисламской экстремистской организации «Хизб ут-Тахрир».

  Ничего такого в выступлении Виталия Петровича не было, но это «что-то» «нашли» аж через год, в 2011-м, когда началась предвыборная кампания в Верховную Раду, и правящие бандиты решили, что его, как возможного кандидата, пользующегося народным уважением, необходимо отсечь. Дело возбудили, судили-рядили, срок не дали, но штраф присудили. (Пардон, стихи – это невольно вышло). Но уже – уголовник, баллотироваться заказано.

  А потом почему-то бандитам-русофобам и этого показалось мало, и вот у Храмова при очередном обыске крадут украинский паспорт, а из архивов изымают информацию о его обучении в Крымском медицинском институте (мол, он здесь никогда раньше не жил), и, как человека, имеющего российский паспорт, присуждают к депортации за пределы ридной Неньки.

  Автор, сам прошедший годы судебных преследований, такого больше нигде не видел: суд над Виталием Петровичем длился до половины третьего ночи, после чего СБУ-шники взяли его под белы рученьки и сопроводили до парома на Порт Кавказ. А дома у казака осталась жена с шестью малолетними детьми. Вернуться в родной Крым изгнанник смог только через три года, в четырнадцатом, после известных всем нам событий…

  …Основной мотив этой статьи, конечно же – это рассуждения на тему создания на полуострове «Крымского казачьего войска». Но автор пошёл на это лирическое отступление, переключившись на личности, преследуя ту цель, чтобы не было у народа такого вот огульного неприятия всего казачьего.

  Казачество ведь – это, прежде всего, сами казаки, и на примере их ярчайших современных представителей хочется показать читателям, что не всегда казаки – ряженые дармоеды, нацепившие на свои мундиры кучу орденов, медалей, значков и «всех существующих в мире блестящих предметов» (коллеги-медики меня поймут).

  Да у автора этих строк такие братья-казаки, атаманы, с которыми он в огонь и в воду: Миних Юра, атаман феодосийского полка, уже названные Сергей Юрченко, Иловченко Вадим, Храмов, Голиков Сергей Петрович – атаман севастопольских казаков-терцев, их же походный атаман Андреев Андрей, Миша Крупенко – атаман Южнобережного куреня, Бебнев Вячеслав – атаман казачьего союза «Русь», герой Графской пристани, в своё время собственноручно, реально рискуя жизнью сорвавший предательскую «дошку» со стены!

  А просто казаки, такие как Олег Лихачёв, который, когда началось на Донбассе, рискуя всем на свете, добрался туда через Украину, и, купив на последние деньги флоберовский револьвер (кто не знает – это стреляющий мелкими шариками, как пневмат), пошёл защищать русских людей от украинских фашистов – тоже ряженый?! Да его уже в поезде «правосеки» могли убить при проверках! Господь спас его тогда.

 Или может быть ряженый – казак «Пластунской сотни» Андрей Кочебаров, активнейший участник Русской весны с первых же её часов, который ещё в далёком четырнадцатом, получив ранение в грудь, пропал без вести, прикрывая отход из города защитников Славянска?! Уже почти пять лет прошло, но я не удаляю его номер, и не сделаю этого никогда. И никому не советую при встрече со мной назвать его ряженым!

  Не рекомендую выражаться подобным образом и в отношении того доброго десятка казаков «Черноморской Сотни», которые воевали на Донбассе, и некоторые из которых теперь «работают» в Сирии. Поимённо позвольте мне их не перечислять.

  Или, может быть ряженые – те несколько российских спецназовцев, духовно взрощенных в «Черноморской Сотне»? Или ряженый – Фёдор-казак из «Пластунской сотни», который в свои «за шестьдесят» воевал под Луганском, возвращаясь туда вновь и вновь?

  Здесь невозможно перечислить всех героев-казаков нашего времени, и живых, и погибших, но я кладу низкий поклон всем участникам освобождения Крыма и Севастополя, всем казакам, воевавшим в мятежном Донбассе! И пусть теперь большинство из них в опале у нынешних властей, но, даст Бог, их имена ещё войдут в золотые списки защитников нашей великой Родины!

  Но пора вернуться к нашему новоиспечённому «Черноморскому войску». Зачем его учредили, когда давно уже существует Крымское Окружное казачье общество? Чтобы таким образом отодвинуть одного атамана и поставить другого? Ведь многим известно, Антон Сироткин – человек Сергея Аксёнова, его коллега по цеху с далёких девяностых. А Вадим Иловченко – в какой-то мере креатура Виталия Петровича Храмова.

  А крымские казаки, которые во времена русско-украинского противостояния в Крыму были в гуще тех событий, помнят о конфликте между ныне вознёсшимся до небес Сергея Валерьевича, и опального ныне Виталия Петровича. Помнят и о причине – Сергей Валерьевич предпринял попытку подмять под свои политические интересы «Совет атаманов Крыма» – структуру, объединившую более двадцати казачьих организаций из разных регионов полуострова.

  Для Аксёнова с его вновь созданной тогда партией «Русское единство» – это был весьма лакомый кусок! Но этого ему не удалось. Казаки разобрались, что к чему. Разобрались даже те, а это были казаки Феодосийского полка, которые на одном из рукавов своей формы начали носить нашивки с надписью «Русское единство».

  Но первым-то, кто разобрался, причём как-то сразу, был Храмов! А вот феодосийский атаман Юрий Валентинович Миних и Сергей Валерьевич на этой почве чуть было не сцепились врукопашную на одном из казачьих кругов, куда последний явился в качестве незваного гостя.

  Виталию Петровичу Храмову Сергей Валерьевич припомнит это, получив во время Русской весны на откуп наш многострадальный регион. Экспроприации новой крымской властью самых жирных и лакомых кусков благодатного полуострова крымчанам известна. Это – и санатории, и земельные участки на ЮБК, и Крымхлеб, и рынки Коопторга, и даже общественная организация симферопольского аэроклуба с их землёй и строениями практически в центре крымской столицы.

  Но одним из первых крупных объектов был «Крымавтотранс» – акционерное общество, включавшее в себя около семидесяти автовокзалов, одним из крупных соучредителей которого был Храмов. Если сказать, что захват этого предприятия происходил по всем законам рейдерского жанра – то не сказать ничего.

  Это была целая войсковая операция, задействовавшая, по скромным подсчётам, не менее двух тысяч человек, ввиду большого количества объектов и их разбросанности по территории всего региона!

  Участвовали в ней обманутые самообороновцы и казаки, которым было сказано, что они будут национализировать бизнес… так ненавистного всем нам Коломойского! Причём «самооборона» на тот момент, к сентябрю 2014-го, успела изрядно «подвыродиться», то есть, большинство реальных участников событий зимы-весны из неё ушло, и в неё стали привлекать обыкновенных «заробитчан».

  А вот с казаками, невольно ставшими рейдерами, нам, казакам «Черноморской Сотни», довелось близко сойтись, это случилось через год после захвата, во время противостояния с грабителями песка в Сакском районе.

  Это были славные ребята, однако собрались они под флагом казачества лишь в четырнадцатом году на волне событий, и, естественно, ни казака Храмова, ни кому принадлежат вокзалы «Крымавтотранса», они не знали. Узнав – сокрушались, как говорится, в содеянном, а ещё больше возмущались обманом на счёт Коломойского. От них-то, кстати, автор и узнал об этом подлоге.

  …И вот, в который раз уже в этом повествовании, мы возвращаемся непосредственно к нашему Войску. На следующий день, когда удалось связаться со всеми сведущими людьми, ларчик раскрылся довольно просто.

  В России создали новую объединяющую казачью структуру: «Всероссийское казачье общество», учредительный круг которого состоялся 27 ноября сего года. В него вошли все одиннадцать войсковых казачьих обществ России: Донское, Кубанское, и так далее.

  И хотя «Черноморское казачье войско» было создано тремя днями раньше, 24 ноября, но ввиду отставания юридическо-документальной составляющей, в это объединение пока включено не было. Однако на кругу, который прошёл, кстати, в храме Христа Спасителя, его делегаты, во главе с атаманом Крымского окружного казачьего общества Вадимом Иловченко, участвовали. А в качестве почётного гостя присутствовал глава региона Сергей Аксёнов.

  И вот именно для того, чтобы казаки Крыма вступили во Всероссийское общество не в виде разрозненных организаций, а полноправными членами, было создано «Черноморское казачье войска», в которое вошли два окружных: Севастопольское и Крымское, с их атаманами во главе – Красюком и Иловченко. Вот и всё.

  А на счёт каких-то там одиннадцати миллионов финансирования, полагаю, это в масштабах данного проекта, не так уж и много. По крайней мере, они не будут так просто разворованы чиновниками. Но будет ли польза от этих денег казачеству, а главное – будет ли польза от этого казачества простому крымскому народу – вопрос.

  Можно ответить так: создание новой организации – это и не хорошо, и не плохо. С небольшим перевесом в сторону «хорошо». Ввиду того, что, всё-таки, эта структура объединяет наших сограждан, в том числе молодёжь, в русле патриотизма, дисциплины, какой-никакой военной подготовки, Православной веры, братства и многого другого положительного.

  Кроме того, это действительно более-менее организованная структура на случай чрезвычайных ситуаций, и, не дай Бог, каких бы то ни было боевых действий. К примеру, первый случай моих личных действий в качестве казака – это тушение горно-лесного пожара в районе Фороса летом 2007-го в составе Крымского полка «Войска Запорожского», возглавляемого тогда Сергеем Юрченко.

  С другой стороны, надо понимать, что испокон веку любое государство всегда подминало под себя какие бы то ни было важные социальные процессы и явления, возникшие в народных недрах. Яркий тому пример современной нашей жизни – Бессмертный полк, который, набрав силу и популярность, вдруг клонировался властью в лице некоего депутата Госдумы, объявившего себя соучредителем организации.

  Так было и с русским казачеством: ещё при Иоанне Грозном это были свободные поселенцы по российским окраинам, а уже при Петре Первом были полностью интегрированы в структуру Российской армии с наказными (назначенными) атаманами – правительственными генералами.

  Так произошло и в нынешней Российской Федерации после развала Российской Империи – Советского Союза. В то время казачество стало возрождаться, и те, кто управлял тогда Россией, решили, что запретить это невозможно, а значит – надо возглавить. Состряпали «Закон о казачестве», изобрели т.н. «Реестр казачьих обществ России», и стали продвигать в атаманы своих людей, очень часто по совместительству работающих чиновниками, нередко – и в высших эшелонах власти.

  При этом часто настоящих атаманов или отстреливали, или упекали в тюрьмы. Это – факт! И, как ни странно, тысячи казаков состоят именно в этих обществах, где в своих казачьих действиях они связаны по рукам и ногам. Это по глубокому убеждению автора данных строк современное казачество должно существовать в качестве защитников своего народа, своих городов, сёл, улиц, в конце концов!

  И это мнение разделяют многие его братья казаки, и атаманы в том числе. Это те, которые не вступили в «Реестр» и, по мнению некоторых реестровых, настоящими казаками не являются, в лучшем случае определяются ими как «казаки-общественники». (Терпеть не могу это слово!) Будто бы и в далёкие века «нереестровые» казаками не считались! При этом автор, конечно же, понимает, что казачество должно состоять на службе государства, а исходя из этого – у страны и её народа.

  Но это возможно лишь тогда, когда на службе у народа состоит и само государство. Однако в современной Российской Федерации мы этого, к великому нашему сожалению, не пока наблюдаем. Мы видим лишь кучку кровопийц: олигархов и чиновников высшего звена, ведущих себя по отношению к народу (хотел написать – к своему, да передумал) как самые настоящие оккупанты.

 Выжимание последних соков из людей в виде всё возрастающих налогов и цен на энергоресурсы, тарифов ЖКХ, отъём бизнеса, и не только среднего и крупного, но и на уровне несчастных ларьков, то есть полная беззащитность простых людей перед власть имущими – так в отношении своего народа не поступают!

  Не хочется выглядеть конъюнктурщиком, но и промолчать тоже не могу: очередные коленца, которые выкидывает губернатор Севастополя Дмитрий Овсянников, запрещая восстанавливать бесплатно для государства такое сакральное место, как Матросский бульвар с его памятниками – это верх маразма и презрения к нам ко всем!

 Но таки вернёмся, надеюсь, в последний раз в данном повествовании к «Войску Черноморскому». Верю, что большинством его бойцов движет искреннее чувство любви к Родине и к своему народу. Желаю всем им, моим братьям, а также их семьям и близким крепкой веры Православной, добрых отношений между собой и мирного неба! И, чтобы приняв Присягу, данную Господу Богу, никогда не выходили из казачества!

  И позвольте мне, дорогие читатели, закончить сей великий труд на шутливой ноте: вот нам, «Черноморской Сотне», двенадцатый годик уже пошёл. Но войско – это в разы больше, чем сотня. С другой стороны, войско из сотен и состоит. Так как же нам относится к новорожденному: как к старшему брату, или как к отцу, годами меньшему, чем сын?

Первая годовщина штурма Графской пристани.

Митинг в Симферополе.

Казачий лагерь по защите Феодосийского креста.Май 2011 г.

Февраль 2010, первая конференция Русского единства.

19 августа 2009 года, суд над участниками защиты Графской пристани.

Возвращение из Феодосии, с защиты креста.

25 декабря 2018 г. Атаман Казачьей Черноморской Сотни Анатолий Марета

27 Декабря 2018 406 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.