Казачество Москвы Отечество. Вера. Служение.

Казаки в ХХI веке: часть жизни, связанная с Кавказом

Письменные источники утверждают, что впервые казаки появились на Кавказе в 1582 году. Были это казаки гребенские — так, по крайней мере, их называли современники. До прихода на Кавказ были они казаками донскими, проживали в междуречье Северского Донца и Калитвы, у возвышенности, называемой Гребенские горы.

Три сотни казаков под предводительством некоего атамана Андрея перешли через Маныч, Куму, Терек и поселились в урочище Гребени на реке Акташ. Они и стали основным ядром гребенцов, что весьма вероятно, потому как казаки всегда отличались избыточной пассионарностью, когда дома становилось тесновато, были готовы «мир поглядеть, новых землиц поискать». Эта так называемая «донская версия» событий, ведь исследователям удалось подобрать археологические материалы , свидетельствующие о проникновении в центральные и восточные районы Северного Кавказа выходцев с Дона в ранний золотоордынский период. 

Есть и другой взгляд на историю. Будто бы в 1520 году, после присоединения Рязанского княжества к Великому княжеству Московскому, часть городовых казаков, живших в Червленом Яре и служивших князю Рязанской земли, потеряли своего сюзерена. Они спустились на судах по Волге в Хвалынское море (ныне Каспийское). Затем высадились в устье Терека, где разделились на две общины. Одна из них заняла земли у Терека, местные казаки стали называться, соответственно, терскими. Вторая община разместилась ближе к отрогам Большого Кавказа, ее представителей стали называть гребенскими.

На мой взгляд, обе эти теории имеют право на существование и нисколько не противоречат друг другу. Возможно, не только два отряда казаков поселились в горах. Вместе с тем доподлинно известно, что расселившаяся вдоль реки Сунжи община не теряла связи с родиной. В 1555 году несколько атаманов из нее участвовали в посольстве от князей Кабарды в Москву, где кабардинцы «били челом» царю Ивану IV Грозному о принятии их в русское подданство. Существует предание, что помимо кабардинцев, царь принял и гребенских атаманов, причем принял их милостиво и пожаловал вольною рекою «Терекомъ Горыновичемъ».

Но это было позже. А пока казаки обживались на новом месте, знакомились с соседями. А те были довольно беспокойными. Кавказ плотно заселен множеством самых различных народов и народностей. Каждый со своей историей, традициями, обычаями и верованиями. Народы, в свою очередь, дробятся на роды, тейпы и иные мелкие образования.  А условия жизни такие, что люди разделены горами и труднопроходимыми ущельями. Здесь каждый сам за себя. Крупные объединения горцев недолговечны. Они постоянно воюют. Все со всеми. Убежден, что в основе всех войн и противостояний, от крупных до мелких, от мировых до ссоры соседей по дачному участку, лежат экономические причины. Кавказ не исключение. Природные ресурсы здесь очень ограничены. Земли, пригодной для выращивания хлеба, мало, территорий для пастбищ тоже немного, и они труднодоступны. Проблема даже найти ровную поляну, на которой можно построить дом. Отсюда и постоянная вражда. Это в Центральной России спор на меже может закончиться банальной дракой. На Кавказе за метр земли могут убить.

Тем не менее, казаки выживали в этих условиях. Более того, именно они стали неким стабилизирующим фактором во взаимоотношениях горцев. Случилось это не сразу, но случилось. Казаки постепенно обзаводились хозяйством, создавали семьи. Брали невест с соседних территорий, объединяясь с другими родами. Возможно, это кровосмешение объясняет особенность терских казачек, поражающая ум и воображение современников. Имею в виду знаменитую геройскую оборону станицы Наурской в 1774 году. Тогда восьмитысячное скопище татар, кабардинцев и турок под предводительством крымских султанов пыталось застать станицу врасплох, зная, что казаки еще не вернулись из похода. Там находились только старики и женщины. Целый день длилась неравная борьба наурских казачек и озверевших татар, которые не ожидали такого сопротивления. Атаку яростно отражали, в ход шло все: от серпов, вил и лопат до свежесваренных щей! Так родилась у казаков обидная поговорка, относящаяся к воинствующим горцам: «Ну что, Дос (приятель), похлебаешь щей наурских?». 

В Чеченской Республике есть тейп Гуной, он имеет родство с терскими казаками, и причем это глубокое родство. Со многими горцами казаки стали кунаками. А кунак на Кавказе — это не просто друг, это ближе, чем кровный родственник. У казаков и горцев возник обычай алатычества. Это когда мальчик-горец воспитывался в семье казака, а казачонок, соответственно, в семье горца. В межплеменных или межродовых спорах казаки часто выступали посредниками, помогали конфликтующим сторонам примириться. Потому как ровно и равно относились ко всем. Имело значение и твердое слово казака. Дело в том, что на Кавказе ложь вовсе не грех, а элемент военной хитрости. Казаки же, люди православные, старообрядческого толка, не лгали. И горцы знали: раз казак сказал, то так оно и есть, так оно и будет. Ислам тогда только еще начинал проникать на Кавказ, антагонизма к христианству, так же как и к другим верованиям, не было, а доверие к людям было.

Многие, возможно, удивятся моим словам, но древнейшие в современной России христианские храмы находятся вовсе не в Угличе, Ярославле или Ростове Великом. Они находятся на Кавказе! Например, в горах Карачаево-Черкесии. Еще совсем недавно, по историческим меркам, черкесы, как и другие народы Кавказа, были христианами. Аланская епархия занимала территорию почти всего Кавказа и Закавказья. Но постепенно в регион начал приходить ислам, он стал проникать и в племена казачьих соседей. Эта религия не могла не наложить отпечаток на взаимоотношения казаков и горцев, они стали более напряженными. А тут еще и политика вмешалась. Когда говорят, что казаки на Кавказе постоянно воевали с горцами, то упускают из виду, что воевали не казаки с горцами, а три, как сказали бы сегодня, «геополитических игрока», три империи. С одной стороны старая, дряхлеющая на глазах, но еще сильная Персия, с другой — могучая Османская империя, находившаяся в полном расцвете сил, и с третьей — юная, только заявляющая свои права Российская империя, которая и империей-то еще не стала.

Я думаю, что первым российским императором был не Петр Первый, как принято считать, а Иван Грозный. Именно при нем московское царство выросло из национального государства русских в империю. Он объединил множество царств, ханств, королевств и княжеств. Только из скромности, пожалуй, царь не именовал себя императором, а может, считал, что царский титул выше всяких там заморских «ампираторов». Как бы то ни было, Россия издавна проявляла интерес к славянскому православному анклаву, затерянному в горах Кавказа. Государство в период правления Ивана IV, царя Федора, Алексея Михайловича и последующих русских самодержцев снабжало вольных казаков оружием и боеприпасами с целью усиления своего влияния в регионе. Проводя политику защиты южных границ, расширяя экспансию в этом направлении, Русь поддерживала гребенских казаков в местных конфликтах с горцами, использовала гребенцов в своих целях при конфронтации с основными геополитическими противниками на Кавказе — Ираном и Турцией.

Особенно казаки понадобились во времена персидских и турецких походов молодого императора Петра Первого. Именно с этого времени начинается постоянная действительная служба гребенских казаков русскому государству. В 1712 г. Петр Великий, желая провести с юго-востока оборонительную линию от Турции и Крыма, переселил гребенцов на левый берег Терека, где стояла крепость Тарка. Можно сказать, что тогда и родилось Терское казачье войско — третье по старшинству среди казачьих войск Российской империи. Старшинство считается с 1577 года, когда терские казаки впервые действовали под царскими знаменами.

В Терское войско входят гребенцы, низовые терцы, аграханцы, терцы-семейцы, кизлярцы, волгцы, моздокцы, владикавказцы и сунженцы. В разные периоды времени и по разным причинам появились эти группы казаков на Кавказе. Сегодня это единая казачья семья, имеющая серьезное влияние в регионе. Были попытки приписать к казакам местное население, они касались крещеных калмыков, православных осетин и черкесов, бежавших от османского и персидского гнета грузин и армян. За редким исключением попытки эти были безуспешными. Не получалось казаков из кочевников и крестьян, правда, это не коснулось осетин. Аланский отдел и сегодня одно из наиболее боевых подразделений Терского казачьего войска. Например, казаки-осетины очень достойно, можно сказать, героически проявили себя во время вероломного нападения Грузии на Южную Осетию. Именно Аланский отдел войска первый встал на защиту мирного населения республики в 2008 году. Более 700 терцев участвовали в сдерживании грузинской агрессии.

Рядом с Терским войском располагается войско Кубанское. Началось оно, как водится, с донских казаков. Старшинство свое ведет от 1696 года, когда хоперские казаки войска Донского отличились в разгроме турецкого флота. Из них был сформирован Первый Хоперский полк Кубанского казачьего войска. Вместе с ними к войску были причислены и другие линейцы.

Однако основную массу кубанцев составляют потомки черноморских казаков, бывших запорожцев, которым Екатерина Великая пожаловала земли на Тамани и Кубани «в вечное и потомственное владение». К 1793 году черноморцы в составе сорока куреней, а это около двадцати пяти тысяч человек, переселились на кубанские земли. Главной задачей нового войска стало создание оборонительной линии вдоль всей области и развитие хозяйства. Бывшие черноморские казаки, ставшие казаками кубанскими, составляли и составляют большую часть казачества в Ейском, Екатеринодарском и Темрюкском отделах Кубанского войска. 

 

Кубанские казаки известны всему миру , это отдельная каста казачества, представляющая собой особое культурное и историческое общество. Именно кубанцы и терцы были личной охраной российских императоров, служа им верой и правдой. Было такое кубанское разведподразделение, в которое входили так называемые пластуны — они двигались бесшумно, как кошки, и могли проводить крайне успешные вылазки в стан врага. И, конечно, все мы помним Кубанский казачий хор, несущий в массы народную культуру казаков всех войск. 

В средние века близкое соседство с кавказскими горцами, смешанные браки способствовали взаимопроникновению культур. Многие казаки часто свободно владели несколькими языками. Лев Толстой, некоторое время живший среди казаков, писал: «Молодец-казак щеголяет знанием татарского языка и, разгулявшись, даже с своим братом говорит по-татарски» (русские в те времена почти все языки Кавказа объединяли словом «татарский»). В то же время удавалось не терять самобытность, свой язык. Тот же Лев Николаевич говорил, что казаки, живя долгое время на Кавказе, несмотря на удаленность от России, «удержали и там во всей прежней чистоте русский язык и старую веру». 

Однако он еще вот что писал: «Влияние России выражается только с невыгодной стороны: стеснением в выборах, снятием колоколов и войсками, которые стоят и проходят там. Казак, по влечению, менее ненавидит джигита-горца, который убил его брата, чем солдата, который стоит у него, чтобы защищать его станицу, но который закурил табаком его хату. Он уважает врага-горца, но презирает чужого для него и угнетателя солдата. Собственно, русский мужик для казака есть какое-то чуждое, дикое и презренное существо, которого образчик он видал в заходящих торгашах и переселенцах-малороссиянах, которых казаки презрительно называют шаповалами». Это четкое отделение себя от так называемых «великороссиян», жителей центральных областей России, казаки сохранили и по сей день. Да, мы русские по природе своей, но казаки — люди свободные, и этим все сказано. 

Как я уже говорил, казаки всегда вносили свой вклад в стабильность на Кавказе. Во время «парада суверенитетов», когда воинствующие, националистически настроенные мародеры разных мастей пытались отобрать у русских на Кавказе не только имущество, но и жизнь, только казаки сумели организовать им достойное сопротивление. В 1996 году удалось направить в Чечню для участия в контртеррористической операции 694-й отдельный казачий мотострелковый батальон им. Ермолова. Он был сформирован по большей части из терских казаков. Батальон насчитывал 800 добровольцев, они с честью выполнили все поставленные перед ними боевые задачи. Кроме того, терцы участвовали в событиях в Приднестровье, Абхазии, Северной и Южной Осетии, в Крыму. И, конечно, они не остались безучастны к происходящему на юго-востоке Украины в 2014 году. Терская волчья сотня противостояла националистически-фашистским батальонам укрокарателей, которые, как известно, действовали крайне жестоко по отношению к мирному населению Донбасса. 

Кубанские казаки, поддерживаемые правительством края, тоже способны погасить многие конфликты, возникающие на межнациональной и межконфессиональной почве. Они были в Крыму, когда нужно было блокировать попытки украинских националистов помешать проведению референдума, свободному волеизъявлению народа. В том, что Крым воссоединился с Россией, есть, несомненно, и заслуга кубанских казаков.

Казаков всегда уважали, уважают и будут уважать на Кавказе. Казаки пришли сюда не вчера и не позавчера, они живут здесь веками! И они такие же кавказцы, как и прочие народы, населяющие регион. А еще они всегда выступают за мир и добрососедство. В силу того, что впитали в себя множество кровей соседних народов, казаки по определению не могут быть националистами. При этом казачьему сообществу удается веками сохранять свои традиции, обычаи и любовь к отечеству.

 

                                                                                                                                                                                                                                                          Василий Ящиков, подъесаул Терского казачьего войска

Источник

 

23 Март 2016 655 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.