Казачество Москвы Отечество. Вера. Служение.

Гребенские казаки Федюшкины, и их вайнахское происхождение?!

«Водитель автобуса родом из станицы Червленной, долго ездил по маршруту Грозный-Шатой, и говорил пассажирам. – Мои предки, из Варанды! Когда мне захотелось докопаться до истины, от своих стариков я узнал, что не весь род Варандо имеет червленские корни, а наоборот, два брата не желая быть мусульманами, переселись (время неизвестнo) к казакам за Терек, и их потомки стали гребенскими казаками. Что это правда, несомненно, ибо наши старики, ни за что не признали бы, если этот факт не имел место быть!».

Мусса Солсаев

      Разговоры о вайнахском происхождении гребенских казаков, если не всех, то некой их части, с намеком на тех, чьи предки упоминаются в исторических документах как минимум с XVIII века, достаточно часто является предметом обсуждения и, не только в научных кругах. Как правило, подобные разговоры происходят с намеком на 60-е – 80-е годы XVIII века, когда чеченцы стали постепенно принимать ислам, и некая их часть, или отдельные представители, дабы сохранить Веру предков уходила на жительство к своих единоверцам казакам. Оставаясь на постоянное место жительство в казачьих станицах, эти чеченцы стали основателями отдельных казачьих родов. Вот только каких именно казачьих родов (?), на этот вопрос пока ответить никто не может! То, что мне приходилось читать на эту тему, откровенно говоря, не убеждает в достоверности этой версии (массовом оказачивании чеченцев) из-за отсутствия ссылок, на исторические документы, подтверждающие данную точку зрения. Мне приходилось слышать от представителей гребенских казачьих родов Бабсковых, Максимовых, Мишуточкиных, Пронькиных, дескать, согласно семейных преданий, у них в роду была женщина горянка, ставшая женой одного из их предков. Вот только кого именно (т.е. в каком колене), как ее звали, как сложилась судьба этой женщины, никто пояснить не смог.

    Испытывая большой интерес к истории Кавказского линейного казачества, главным образом, к казакам, проживавшим в станицах расположенных в среднем и нижнем течении Терека, и просматривая послужные списки на урядников и офицеров линейных казачьих полков, специально обращал внимание на сведения об их женах, и ни у кого не встретил записи, что его жена «дочь затеречного узденя …» или «аульского старшины…», как это записано в послужных списках горцев. Как правило, у всех казаков жены были местные казачки, за не большим исключением, они были дочерьми священников, мещан, и представителей прочих социальных категорий граждан той поры. В общей сложности, я просмотрел около 500 данных на урядников и 300 на офицеров, служивших в Гребенском, Моздокском, Кизлярском и Сунженских полках. Все казаки родились и несли службу в 1-й половине XIX века, часто ходили в походы в горы, принимали активное участие в захвате многих аулов, и при желании, вполне могли привезти себе жену горянку, но, ничего подобного в этих послужных списка мною не обнаружено. В переписных листах «Всероссийской переписи населения Российской Империи» проведенной в 1897 году, по станице Червленной, занимавшей 3-е место по численности в Терском Казачьем Войске, указано лишь 2 казака, чьи жены были горянки, из числа взятых в плен, по станице Щедринской, таких семей не оказалось вовсе. Сама «Перепись …» представляет собой очень ценный документальный материал по генеалогии гребенских казаков, охватывающей полностью всю 2-ю половину XIX века, и даже частично его 2-ю четверть. Можно уверенно утверждать, что начиная с XIX века, случаев межнациональных браков в казачьих станицах, практически не было, а если и были, то крайне незначительны, поскольку, по известным причинам, количество женщин у казаков, всегда было больше количества мужчин.

  Наличие женщин горянок в казачьих общинах, это тема отдельного разговора, тем более учитывая, что женщина не могла стать родоначальницей казачьего рода. Другое дело горцы мужчины, которые в силу различных причин добровольно уходили (?) из родных аулов в казачьи станицы. Этот вопрос тоже излишне мифологизирован вплоть до абсурда. Самой популярной версией, выдаваемой как чеченское предание, часто фигурируют некий чеченец Дуба, основал станицу Дубовскую, а чеченец Пята якобы был основателем города Пятигорска?! Кроме этих 2-х персонажей, иногда всплывает еще некий Орза, ему приписывают основание станицы Червленной, которую чеченцы называют Орза-Кала, в память об этом мифическом или полумифическом соплеменнике. Такие методичные «исторические» вбросы, вызывают, мягко говоря, удивление, учитывая, что история основания русских поселений, крепостей и городов на Кавказе хорошо задокументирована, вплоть до того, что сохранились планы некоторых из них. Вероятно, те псевдоисторики и их сторонники, кто тиражирует подобные мифы, надеются представить своих дальних предков исключительно с положительной стороны. Задача этих авторов, представить Орза, Пята и Дуба, людьми образованными для того времени, пользовавших авторитетом и уважением среди своих соседей, которые приглашали их на руководящие должности в своих общинах, и при активном их участии основывали новые города и станицы?! Подобные утверждения вообще сложно комментировать с логической точки зрения, зная каков был «уровень образования» вайнахов того времени, архитектуру их поселений, быт, образ жизни и многое другое, что имеет резкий контраст с русскими людьми и их культурным развитием.

  Так откуда взялась основа для утверждений, о вайнахских корнях некоторых гребенских казачьих родов? В 1870 году Иван Попов, записал у стариков Гуноя сведения об истории взаимоотношений, и родстве гунийцев с казаками станицы Червленная. "Были ли мы когда-нибудь христианами, или нет, не знаем, но знаем, что ислам мы приняли от шейха Берсана, сына женщины из нашего аула вышедшей замуж за курчалинца, жившего в ауле Курчалой. Считая родоначальником своим Гундала, мы со временем размножились и, терпя недостаток в земле, некоторые из нашего аула перешли из Ичкерии в Чечню и основали аул Алды (Бугун-Юрт) Живя в этом ауле, два молодых человека нашей фамилии поссорились между собой, вследствие чего один был убит. Убийца, избегая мщения родственников убитого, убежал в станицу Червленную, где поселился между казаками. Это было 100 лет тому назад. Убежавший, не имея желания возвращаться на родину, принял христианство и, женился на русской женщине, от нее он имел 7 сыновей, которые уже считали своей, Червленную станицу, остались в ней жить навсегда, иссосав с молоком матери привычки, образ жизни и убеждения гребенцов. Гуноевцы добавляют, что количество потомков этого беглеца, в настоящее время можно полагать на половину числа казаков, живущих в станице".

 

    Из рассказа следует, что чеченец из Гуноя, ушел жить к гребенским казакам пример в 1770 году, и у него в станице было 7 сыновей. Немаловажный момент, который обращает на себя внимание « … количество потомков этого беглеца, в настоящее время можно полагать на половину числа казаков, живущих в станице». Фраза «половина станицы» наводит на мысль, что это был многочисленный казачий род! В станице Червленной самый многочисленный, это род казаков Рогожиных, которые, согласно семейного предания, происходили от крещеного калмыка. Другой многочисленный род, несколько уступавший по численности Рогожиным, это род Федюшкиных, о происхождении которого, история умалчивает, известно только, что эта фамилия образовалось в память о погибшем казаке Федоре, по станичному Федюшке, в далекой Хиве в 1717 году. Просматривая «Ведомость казаков Гребенского Казачьего Войска станицы Червленной их жен и детей» за 1782 году по станице Червленной, я обратил внимание на казаков Федюшкиных, там оказались 2 самостоятельные ветви этого рода, в каждой по 3 брата. Одна ветвь - Федюшкин Емельян - 1747г.р., Федюшкин Елисей - 1756г.р., Федюшкин Григорий - 1771г.р., другая - Федюшкин Иван - 1762г.р., Федюшкин Андрей - 1765г.р. и Федюшкин Кузьма - 1774г.р. Принимая во внимание достоверность этих сведений, видно, что все Федюшкины, родились примерно в середине XVIII века, с 1747 по 1774 год. Всего указано 6 человек, а гуниец, говорил Попову про 7, одного не хватает?! Случайно, мне удалось узнать, что среди чеченских тейпов (родов) есть тейп Сяккой, который по преданию представителей этого тейпа произошел от гребенского казака Саньки (Александра), из станицы Червленная. Якобы, этот Санька, имел чеченское происхождение, принял христианскую Веру, но из-за какого-то конфликта в станице, покинул ее, вновь принял Веру предков, и основал свой, впоследствии независимый тейп! Если принять на веру 2 чеченских предания, Гуноя и Сяккой, и данные переписи казаков станицы Червленная, можно предположить, что именно казаки Федюшкины, имеют вайнахское происхождение.

  Но, возникает вопрос, каким образом, и почему, беглый чеченец, получил фамилию Федюшкин? Предание Гуноя утверждает, что беглый гуниец принял христианскую Веру «Убежавший, не имея желания возвращаться на родину, принял христианство и, женился на русской женщине …». Понятно, что после обряда крещения, он, получил христианское имя, а фамилию, новокрещенный, вероятно, получил от своего восприемника (крестного отца), который вполне мог носить фамилию – Федюшкин! Других вариантов нет. Учитывая, что в 2-х родовых ветвях Федюшкиных указанных в переписи по станице Червленная за 1802 год, нет сведений об отцах родных братьев, можно полагать, что одна из этих ветвей имеет славянские корни, которая как раз дала свою фамилию гунийской ветви.

   Следует обратить внимание, что кроме Червленной, казаки Федюшкины проживали и в Ново-Гладковской станице, а имеют ли они, родство с червленскими, это пока неустановленно!

  Можно предположить, что гребенские казаки Федюшкины, в середине XVIII века получил побочную ветвь от крещеного гунийца, которая со временем стала самой многочисленной в станице Червленной, по переписи 1897 года, описано 11 ветвей этого рода, из которых прослеживается 4 ветви имеющие общего предка. В станице Червленной, казаки одной фамилии делились (непроизвольно) на несколько родов, которые различали друг друга по станичным прозвищам. Например, Федюшкины имели прозвища: Богатые, Буруносы, Тавлины, Полфунтики, Сапожки, Сахарята и другие. Можно утверждать, что Федюшкины, один из самых заслуженных и уважаемых родов не только в станице Червленной, но и в Терском Казачьем Войске. Представители этого рода дали Русской Императорской армии 16 офицеров, из которых 3 генерала, самым известным был генерал-майор Федюшкин Федул Филиппович, о котором осталось немало воспоминаний его современников, а также его внучатые племянники генерал-майоры Василий Кузьмич и Иван Кузьмич Федюшкины. К ним можно добавить генерал-майора Филиппова Петра Григорьевича, чья мама была дочерью зауряд-хорунжего Федюшкина Федота Филипповича, и полковника Фролова Ивана Ефимовича, женатого на дочери младшего брата упомянутого Федула, полковника Федюшкина Нестора Филипповича. По обнародованным документам установлено, что в Императорском конвое служили следующие представители рода Федюшкиных, это Федюшкин Нестор Филиппович, Федюшкин Василий Кузьмич, Федюшкин Андрей Кондратьевич, Федюшкин Анатолий Семенович, Федюшкин Антон Филиппович.

  С установлением Советской власти, и упразднением казачества как класса, расказаченные но, не упавшие духом Федюшкиных продолжили служить Родине. Уже в новую историческую эпоху среди них появилось немало достойных офицеров, среди которых самых высоких званий достигли генерал-лейтенант Федюшкин Николай Николаевич и кавалер ордена Ленина капитан 1-го ранга Федюшкин Юрий Михайлович (на фото внизу).

 

   В связи с исходом гребенских казаков со своей малой родины в 90-х годах прошлого столетия, представители этого многочисленного и заслуженного рода оказались рассеяны по всей территории России, а также ближнего и дальнего зарубежья. По этой причине не представляется возможным собрать подробную информацию об их боевых и трудовых заслугах на благо Отечества.

  В заключении, раз невольно пришлось упомянуть про трагические события 90-х годов на территории бывшей ЧИАССР, следует сказать, что в этот период, по разным данным, грабежу и насилию подверглось не менее 70 казаков станицы Червленная, в том числе и Федюшкины. Эти события, предмет отдельного и очень тщательного исследования, не буду отвлекаться по этому поводу, лишь приведу слова станичника, который в своей эмоциональной речи, затрагивает и обсуждаемую выше тему.

«Мои предки из станицы Червленной. Сам я жил в детстве в этой станице. И я многое знаю. Никакого преобладания чеченцев среди предков гребенских казаков в этой станице не было. Никакого массового переселения целыми тейпами чеченцев в станицу не было. Длительное время шла Кавказская война. Сами чеченцы говорят о 400-летней войне с Россией, и это недалеко от истины. Все это не способствовало установлению доверия между казаками и чеченцами. Почти никто из казаков не знал чеченского языка. В лучшем случае знали несколько слов. Зато все казаки говорили на русском, своем родном языке. Если бы там было много потомков чеченских переселенцев, то они бы знали чеченский язык. Я, не знал ни одного коренного станичника, который бы считал себя чеченцем или потомком чеченцев. Не слышал в подтверждение тейповских чеченских корней казаков никакого устного предания.

Чеченцы стали поселяться в станице с 1957 года, после присоединения казачьего левобережья к Чечне, никогда до этого ей не принадлежавшего. В подтверждение моих доводов и этническая чистка в станице, которая началась со времен Дудаева. Сотни человек, русских по национальности, казаков по происхождению, в станице было убито и ограблено, женщины изнасилованы, тысячи уехали, вынужденно продав по дешевке или бросив жилье. Ничего подобного сами чеченцы не испытали. К своим бы чеченцы так не относились».

 

Андрей Петров г. Самара.

30 Марта 2019 406 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.