Казачество Москвы Отечество. Вера. Служение.

Черкесы на службе России

Черкесы на службе России

Семён Броневский в своём труде «Новейшие географические и исторические известия о Кавказе», впервые увидевшего свет в 1823 году в Москве писал: «Черкесы или черкасы, чаятельно Страбоновы керкеты, известны у восточных писателей под именем керкас или геркас, о коих упоминают они как о народе христианском, находящемся в соседстве с Грузией, называя его также биш-тау, то есть пятигорским… Черкесы сами себя называют адиге или адале, что значит на турецком языке островитянин. Иные производят сие название от крепости или замка Ада, находившегося близ Темрюка между двумя рукавами Кубани. Как бы то ни было, название островских жителей им приличествует, потому что черкесы от древнейших времён до исхода последней половины 18 века, обитали на острове Тамань. Турки называют их черкес или адилар; россияне и грузины зовут их черкесами, а осетинцы казахами».

В XVI веке ряд видных представителей черкесских княжеских родов в своём противостоянии растущей экспансии Оттоманской Порты и её верного вассала Крымского ханства решили опереться на помощь России. Отряды «пятигорских черкес» в составе русских войск принимали участие в Ливонской войне, своими действиями на неприятельских тыловых коммуникациях помогли сорвать поход превосходящих турецко-татарских сил на Астрахань в 1569 году. А незадолго до этого они совместно с запорожскими казаками под командой князя Дмитрия Вишневецкого и русскими стрельцами, возглавляемыми воеводой Данилой Адашёвым, свели счёты с крымскими «людоловами».Именно тогда сын черкесского владетеля Темрюка Идарова, 17-летний отрок по имени Салтанук принял в Москве святое крещение и став Михаилом положил начало русской дворянской династии князей Черкасских. Которая дала нашей стране немало государственных и военных деятелей самого высокого ранга, оставивших заметный след в отечественной истории. Тот же родоначальник династии князь Михаил Черкасский в тридцатилетнем возрасте в 1567 году стал боярином и заседал в Боярской Думе.

На снимке герб князей Черкасских

Среди «птенцов гнезда Петрова» был и князь Александр Бекович-Черкасский, представитель боковой ветви вышеупомянутого княжеского рода. Коему Пётр Великий поручил, по словам видного дореволюционного учёного-кавказоведа, начальника военно-исторического отдела штаба Кавказского военного округа генерал-майора В. А. Потто, «искать торговый путь в Индию». Экспедиция стартовала из Астрахани в 1716 году. Отряд князя Бековича-Черкасского, как писал генерал Потто в 1-м томе своей «Кавказской войны»выступил из основанного им Гурьева-городка в июне 1717 года в направлении Хивинского ханства и«шёл шесть недельпо голодной и безводной степи, сделал до тысячи четыреста вёрст и ценой невообразимых лишений достиг наконец, озёр, образуемых плотинами Аму-Дарьи». Здесь весь личный состав русской экспедиции был коварно истреблён хивинцами. Сам князь Бекович-Черкасский мученической смертью запечатлел свою верность России. Спустя более чем 150 лет , во время Хивинских походов,Русская Императорская Армия сполна рассчиталась за его гибель. А в числе частей и соединений Кавказского военного округа, принимавших в них участие, были и подразделения, состоявшие из северокавказских горцев, среди которых имелись соплеменники и даже потомки князя Бековича-Черкасского.

Надо сказать, что ещё один представитель этого рода генерал-майор князь Ф.А. Бекович-Черкасский в 1826 году, будучи полковником и командиром Херсонского гренадёрского полка, отличился в боях с «непокорными горцами» за что был удостоен ордена Св. Георгия IV-й степени. Он стал первым георгиевским кавалером горского происхождения периода Кавказской войны 1816 – 1864 годов. А первым мусульманином, заслужившим эту самую значимую, для офицеров Русской Императорской Армии, награду также был черкесского происхождения. Это подполковник Измаил-бей Атажухов, отличившийся при штурме турецкой крепости Измаил 24 декабря 1790 года. По представлению самого А. В. Суворова, командовавшего русскими войсками, штурмовавшими османскую твердыню, мужественный офицер был отмечен орденом Св. Георгия IV-й степени.

Среди офицеров Русской Императорской Армии, достигших генеральских высот в своей карьере, благодаря жертвенному исполнению своих прямых служебных обязанностей в период наполеоновских войн 1799 – 1815 годов также имелись северокавказские горцы черкесского происхождения. В 1812 году командир Симферопольского конно-татарского полка черкесский князь полковник (с 1813 года генерал-майор) Балатуков Кая-бей Меметбеевич (Кирилл Матвеевич) при изгнании из пределов России наполеоновских «двунадесяти языков» отличился в одном из сражений когда во главе своих подчинённых «понёсся впереди линии с отличным стремлением прямо на неприятельскую батарею и завладел одною пушкою», как говорилось в представлении его к награждению орденом Св. Георгия IV-й степени. А вот другой черкесский князь подполковник (с 1829 года генерал-майор) Бегидов Адиль-Гирей (Давид Григорьевич) оказался сподвижником донского «вихря-атамана» графа М. И. Платова, в период заграничных походов командовал под его началом одним из казачьих полков. И также за отличия в боях с французскими войсками был награждён орденом Св. Георгия IV-й степени.

За всю многовековую историю Русской Императорской Армии не было такой войны , в которой бы не значилось в списках отличившихся её военнослужащих черкесских имён. Рамки данной статьи не позволяют в полной мере рассказать обо всех боевых действиях, а тем более привести пусть даже малой толики данной статистики, настолько она обширна. Многие из черкесов, состоявших на службе в Русской Императорской Армии стали георгиевскими кавалерами о чём говорилось выше. Из их числа офицер 21-й артиллерийской бригады подполковник Тлехас Мурат-Гирей Саофижевич награждённый во время Первой мировой войны помимо ордена Св. Георгия IV-й степени ещё и Золотым георгиевским оружием с надписью «За храбрость». Некоторые, как например прапорщик 237-го пехотного Грайворонского полка Эдиге Николай Сергеевич, удостоились данной награды посмертно.

Конечно же нельзя обойти вниманием личный состав, офицеров и всадников, Черкесского конного полка из состава «Дикой дивизии». Среди первых хотелось бы отметить прапорщика Ажегоева Пшемафа Челеметовича награждённого Золотым георгиевским оружием с надписью «За храбрость». При том, что означенный военнослужащий до своего производства в первый офицерский чин, будучи рядовым всадником,уже был отмечен за доблестное поведение в бою тремя Георгиевскими крестами (II-й, III-й и IV-й степеней). А среди последних нельзя не упомянуть юнкера горской милиции Джарима Муссу, полного георгиевского кавалера, обладателя георгиевских крестов всех четырёх степеней. Между прочим, он напросился на фронт, уже имея за плечами боевой опыт русско-японской войны, в которой принимал участие в составе черкесской сотни Терско-Кубанского полка из числа Кавказской конной бригады.

И таковых наберётся немалое количество. Так что когда кто-то и где-то вдруг хочет уверить нас в обратном то стоит только обратиться к полковым хроникам Русской Императорской Армии, которые расставят всё по своим местам.

На фото портрет князя Александра Бековича-Черкасского

Автор: Александр Нетесов

Источник

22 Июля 2016 872 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.