Казачество Москвы Отечество. Вера. Служение.

Андрей Баранецкий. Концепция общественного согласия в контексте самобытного глобального геополитического опыта восточных Славян. Часть 2

Читать часть 1.

Часть 2.

 

ОТ ГРЕХА ПОДАЛЬШЕ

Гармония ценностных отношений оказывается обусловлена возможностью перемирия – временно. Фундаментальным, главным, существенным остаётся решение вопроса об общих мировоззренческих основах долговременных и надёжных идеологий. Сразу декларируем: их общим врагом оказывается «господин мира» - его величество обыватель. Просвещённые богословы и просвещённые политики – против агрессии, за мир. Обыватель жаждет войны. Это общий знаменатель великих идейных парадигм.

Будда принимал к себе всех желающих родиться заново, из элементов души создать свою душу, - стать дважды рождённым, - это задача само созидания, а не разрушения. Этот взгляд на сотворение себя сокровенно созвучен христианскому требованию не закапывать талант в землю. В Библии это требование звучит из уст самого Христа. А пророк Аллаха Мухаммед настаивал, что Христос «говорил всё правильно». Он в Исламе – святой Исса. Требование роста меры своей творческой одарённости – ещё один фронт противостояния обывателей высокой духовности.

«Господин мира» - обыватель от компромиссов любит отказываться, - чтобы никак не ущемлять свой комфорт и игнорировать чужой дискомфорт. Но при этом он мгновенно изобретает нечто вместо компромисса между идеей бездарности и талантливости, - он сам себя ценит как нечто «среднее». Его не заботит, что ничего среднего на этой линии нет.

«Господин мира» не только требует кровавых войн, он же ревниво оберегает мнимое право оставаться бездарным наперекор внятным требованиям Будды, Христа, Мухаммеда.

Возьмём на себя ответственность утверждать, что такое же противостояние касается допустимости так называемого греха, грешности, злодеяния. Обыватель отыскивает в мировых религиях слова, которые будут поводом для тезисов о неизбежности грехопадений. Хотя религии создавались для того, чтобы настаивать на том, что надо очиститься и «впредь не грешить».

Великие религии настаивают на том, что власть, истина и любовь синкретически едины. «Он» есть истина. «Он» есть любовь. Обыватель настойчиво отделяет власть, - как от любви, так и от истины.

Тот же обыватель радикально противопоставляет научный социализм (атеизм) религии. Но даже в официальной идеологии СССР перечисленные идеи трактуются аналогично вектору усилий религий, а не вектору усилий обывателя. Идеологи СССР старались позиционировать себя как более последовательные и рациональные, но по тому же вектору: за мир, за рост творческих способностей каждого, (особенно детей), против того, чтобы грех и злодейство оправдывать, тем более считать неизбежным злом.

В таком контексте концепт «технотронной цивилизации» оказывается именно выразителем идеалов обывателя, он вообще являет собой виртуозное искусство заслонять вопросы о власти и талантливости, о любви и ненависти вопросами о технологическом превосходстве. Налицо - игнорирование проблемы главного критерия оценки прогресса. Главным не может быть ни финансовое, ни военное могущество. Главным объективно является уровень и способы достижения общественного согласия, гармонии интересов людей.

Враг компромиссов и гармонии, - именно он, – «Господин мира» – обыватель. В его глазах гармония ограничивается его опытом.

Для обывателя и технократов то, что практически достижимо, - то и можно. Здесь уместно вспомнить логическую основу известной шутки: полицейский строго выговаривает мальцу: «Мальчик! Разве ты не знаешь, что бить изо всех сил мячиком в стеклянную витрину нельзя!?». И слышит в ответ: «Какой ты глупый, дядя! Неужели не видишь сам, что можно и очень даже здорово получается!». «Господин мира» - обыватель, не спрашивает ни у кого разрешения на начало военных действий, на манипуляцию триллионными денежными массами, на свержение дюжины законных правительств. У него «очень даже здорово получается» и он сам собой очень доволен.

Хаос общего плана его почти не волнует, так как он гармонизирует только то, что сам признает важным. Остальное – выбросит, уничтожит.

 

ГРЕХ И СОБЛАЗН ФИНАНСОВОГО МОНОПОЛИЗМА

Более века тайный восторг обывателя вызывал примат бездушного прагматизма над призывами морали. Но к концу ХХ века единственным перспективным видом менеджмента оказывается именно этичный менеджмент. Моральные призывы, которые тысячу лет воспринимались как глас вопиющего в пустыне оказываются единственной перспективной дорогой роста экономической культуры, все иные дороги ведут «к рабству». И это прогнозировалось уже в середине ХХ века в известной «Дороге к рабству» Ф. Хайека. Предупреждение было адресовано авторам англо-американской финансовой элиты, теперь они – глобальный центр геополитического доминирования. В политике звучит вопрос о глобальном доминировании одного центра силы и альтернативная идея оппонентов – концепция многополярного мира.

 

ЕДИНСТВЕННЫЙ ОСНОВАТЕЛЬНЫЙ ПОДХОД

На таком фоне вопрос об общественном согласии подразумевает, что нужна концепция, которая бы не только выдержала напряжения внутри своей нации, народа, государства. Востребована такая концепция, которая была бы привлекательной и для решения проблемы достижения общественного согласия в иной культуре, в иной стране, у иной нации. Проблемы часто решали благодаря тому, что ограничивали плоскость рассмотрения и вместо плюсовых величин исследовали отрицательные. Точкой прорыва к новым технологиям глобального социального проектирования будет аналогичный ход. Человечество накопило огромный опыт изучения жизни, мыслей и путей творческого становления талантливых людей. Это плюс. Много изучали навыки интенсивного осмысления и достижение ёмкости осознания сути, это классика истории философии. Это плюс. Много изучали творческие способности детей, особенно много достижений дала советская педагогика и советская психология. Это плюс. А минус – это необходимость быстрой диагностики отсутствия навыков осмысления. Реальна диагностика значений детских портфолио. Никого в юности не унизит своевременная рекомендация воздержаться от карьеры политика. Зато общество получит свободу от обывателей в сфере высшей власти. После этого эффективность государственного управления будет расти с ускорением.

Наступила эпоха чётко фиксировать систему навыков осознания и осмысления. Теория умственных действий (П.Гальперин) не популярна, но академически авторитетна давно. Психология переживания (Ф.Василюк) почти никому не известна, но именно она уже становится фундаментом перспективных направлений психологии. Это – наработки из СССР.

В этом докладе расширять обзор достижений русской культуры в изучении людей достаточно, так как есть публикации прошлых лет.

Они опираются на университетскую историю педагогики и историю психологии. Там пишется о том, что так называемая креативность (читай - талантливость) уже сто лет сводится к креативности в ловкачестве ума. То есть спецы психологического цеха Запада видят критерий полноценности бытия в эффективности ловкаческого соображения. Сообразительность видят, как основу. В итоге «соображулистость» как идеал «ума» делает никчемными такие характеристики ума как понимание сущности вытворяемого.

НО: понятие «бездарный мыслитель» вполне может применяться к тому, кто по жизни был и останется талантливым, сообразительным мошенником. Такие «парни» ускорят движение миллионов людей именно по дороге к рабству.

Добавим: стоит заново осмыслить идею ноосферы Н. Вернадского, она окажется не просто обусловлены славянским менталитетом, но и рождением особой философии позднего просвещения – русским космизмом. Он, - что особенно важно идёт не вразрез, а в русле европейского рационализма. Рациональность русской мысли – как и полагается позднему этапу становления интеллектуальной традиции Просвещения, - доводит логику до конца. Следовательно, сами глобальные социальные проекты логично было не переводить из трудов социалистов Запада. И нет, не переработать «творчески» с учётом «национальных» запросов. Адаптацией технологии глобального социального проектирования к местным особенностям будут те народы заняты, которые не завершали логически долгую историю Западного Просвещения. Но Российская цивилизационная парадигма включена объективно в исторический процесс Просвещения таким образом, что требуется синтез и обобщение следующего этапа, а не просто приспособление к национальным особенностям. Это культурологический синтез глобального характера. [См. 2]

Для рабочего названия идеи синтеза методов глобального социального проектирования я предлагаю словосочетание «вселенский синтез». Вселенским синтезом предлагается назвать то продолжение процесса глобализации, когда человечество начнёт тратить на воспитание и обучение детей денег больше, чем на вооружения.

 

ТЕХНОЛОГИЯ ДЛЯ ЛЮДЕЙ ИЛИ ЛЮДИ ДЛЯ ТЕХНОЛОГИИ

Расходовать деньги всех народов Земли на воспитание и обучение детей невозможно заставить землян силой. Сам силовой подход требует расходовать ресурсы на оружие, а не на детей. Хотя любая классическая традиционная семья предпочла бы львиную долю средств отдавать своим детям.

Только СССР был первой и последней страной, в которой население не носило и не хранило огнестрельного оружия. Об этом не знают жители Западных стран. Но мы не имеем права забывать об этом великом достижении. Оно было и остаётся уникальным и на практике реализованном опытом. Почти все народы мира узаконили хранение не только охотничьего или декоративного оружия, но и права на торговлю летальным оружием. И в этой детали чётко заметен акцент на ценность права торговать оружием. Люди разделены на тех, кто носит оружие и остальных. Разве в таком обществе все равно ценны?

Акцент на технологии слишком сильно отворачивается от качества субъекта, в технотронной цивилизации лишними будут люди, которые не успели и не сумели овладеть технологиями. Тогда как в идеологии буддизма, христианства, ислама, социализма и коммунизма сохраняется аксиома абсолютной ценности любого человека, этот импульс идёт от великих мировых религий. Ни у добрых христиан, ни у добрых мусульман нет лишних людей на Земле. Буддизм также не постулирует «лишнее» население. И только индустриализация и технотронный подход превращает миллиарды людей в «неуспевающих».

Поэтому предлагается ещё раз подчеркнуть – а разве техническое совершенство – критерий социального прогресса? Критерий социального прогресса – мера обобществления, мера гуманности, мера человечности, - то есть его мерило – то, что объединяет и сближает людей, а не то, что наращивает тонус отчуждения. Техника была и будет средством сближения людей. Транспорт и связь показывают это особенно ярко.

Таким образом – цивилизация восточных славян ориентирована на синтез социально политических установок великих мировых религий, - Христианства, Ислама, Буддизма, и не только их. Цивилизация восточных славян в ХХ веке воспринимала опыт глобальных социальных проектов научного социализма и научного коммунизма, идеи технологических новаций. Именно эта цивилизация успела в ХХ веке достичь таких результатов в психологии и педагогике, которые признаны и интенсивно осмысливаются как на Западе, так и учёными Востока. Пока ничего аналогичного по уровню и масштабам ни у кого нет. Сопоставимы с нашими достижениями только анти - достижения: Запад создал технологии разрушения общественного согласия, его политтехнологи потрясли мир экспортом революций.

На этом фоне важна ещё одна грань синтеза всемирно исторического опыта цивилизационного строительства. Синтезировать законотворчество различных эпох попытались на практике только в СССР: страна на практике осуществила синтез первобытнообщинной системы правления с вождём, рабовладение в местах лишения свободы, феодализм в регулировании юридических прав в зависимости от места жительства («прописка», наместничество), капитализм в организации хозрасчёта, пост-капиталистические методы регулирования экономики. Капитализм не способен создать избыточное количество рабочих мест, а в СССР исчезла безработица. Была сломлена традиция тотальной хронической инфляции, - цены росли или падали по приказам власти. Кто-то может спорить, но эффект синтеза цивилизационных основ в СССР беспрецедентен. Сколько не пытались принизить величие социальных проектов с образованием и здравоохранением СССР, но этот опыт был настолько значителен, что поныне на него оглядываются.

 

 

ТРЕБОВАНИЯ К ГЛОБАЛЬНЫМ ПРОЕКТАМ

Критерий оценки любых социальных проектов – рост ценности людского бытия. Глобальный социальный проект нового поколения будет отвечать этому критерию. Общество примет такую концепцию за основу потому, что будет соответствие приличному перечню требований. 1. Основой общественного согласия может стать только такой круг идей, который понятен и приемлем подавляющему большинству. 2. Такой основой не может стать памятное старикам мировоззрение «под новым соусом», но такой основой не станет и нечто неслыханное. Синтез новизны и традиции – непреложное требование и оно состоится только во вселенском синтезе. 3. Новое основание социального согласия для своего распространения не требует никакого финансирования. Понятно, что некоторые средства необходимы всегда, но только при условии добровольной, моральной инициативы. 4. Никаких «диссидентских» умонастроений социальное согласие не требует, оно не против реальных законов и реальной политической системы. 5. Профессионалы получат от идейных основ перспективную и элитную магистраль глобального геополитического проектирования, а народные массы - уверенность в завтрашнем дне. 6. Та уверенность в завтрашнем дне, которая была обеспечена социалистическими и коммунистическими концепциями вполне может быть примером минимального уровня уверенности в социальном благополучии. 7. Основа социальной стабильности – это такая идеология, которая в провинции не менее интересна, чем в центрах. Не случайно все цивилизационные подъёмы сопровождались колонизацией новых земель, основанием новых населённых пунктов и социальным оптимизмом. 8. Фундамент социального согласия не может опираться на миро отношение обывателей. 9. Если испокон веков духовная культура требовала культивировать доброту, то и в рамках этой социальной парадигмы доброе отношение к традиционным религиям – непреложно. Есть безупречное требование морали: уважать верования своих предков, это требование распространяется даже на тех, чья религия – не такая, как у родителей. Требование доброго отношения к умершим предотвращает большое социальное зло – забвение своих истоков. 10. Мера рациональности и возможности рационализации социальных практик должна быть эффективнее, чем у любых модернизационных теорий – будь это технотронное общество или «научный социализм». Технологии информатизации — это технологии его реализации. 11. Такой глобальный социальный проект недосягаем для контроля со стороны бюрократии или финансовых манипуляций. Он имеет концептуальные центры программирования высоко над государством и над экономикой. 12. Чтобы проект не был утопией – мы вправе поставить вопрос о мере реалистичности. И, - соответственно, – о мере укоренённости в реальность. Обратная сторона этого требования - наличие успешного опыта в историческом прошлом. Это, - слабое место, - как идеалов «технотронной цивилизации» США, так и коммунизма, которые в прошлом никогда не бывали реализованы на деле. Тогда как отделение талантливых творений от бездарных «сотворений» в истории делит саму историю на классику и «уроки». Опыт классики, - это и есть историческая основа вселенского синтеза. Взгляд на историю вполне может повторить взгляд на биографии классиков прошлых эпох: наши современники не отбрасывают то, чем сами постоянно пользуются, что вызывает тягу к единению и заимствованию. Критерий оценки исторического наследия, - тот же, что и критерий социального прогресса: мера содействия человечности и единению.

13. Социальный проект всегда призван противостоять всяческим подлогам и всяческой фальши. «Вселенский синтез» будет невозможно подменить «симулякрами», фальшивками или сменой вывесок по той простой причине, что у него нет и не может быть одной официальной грани воплощения, он притягателен по аналогии с проектами трансокеанских каналов или грандиозных кинофильмов, фестивалей, карнавалов, экономических гигантов: они могут оказаться убыточными или опасными. Они могут оказаться провальными в локальных сценариях. Что и гарантирует успех единого целого.

14. Ему присуща более высокая мера подлинности, аутентичности, то есть высшая мера естества по сравнению с бюрократическим официозом.

Автор не исключает, что вселенский синтез удастся реализовать лишь после преодоления того или иного глобального катаклизма, - как-то: всплеск явлений экологической катастрофы на планете, всплеск трагических локальных войн, беспрецедентно глубокий экономический кризис и т.п. Но представляется неизбежной сама перспектива вселенского синтеза, который объективен уже в силу того, что глобализация создала для него мощную инерцию глобального масштаба.

Повторюсь. Отличие вселенского синтеза от глобализации лучше всего назвать словами Спинозы. Глобализация двигалась от большего зла к меньшему. По сей день ещё на вооружения приходится тратить в тысячи раз больше ресурсов, чем на воспитание и обучение детей планеты. Стандарты и цели глобализации противоречивы, но они ограничивали социальное зло, будучи руслом социального зла. Эти стандарты суть границы потребительских отношений и потребительское отношение в них безотносительно человечности.

А вселенский синтез будет разворачиваться от меньшего блага к большему. Коллеги могут утверждать, что до такого перелома в истории человечества ещё далеко. Но как раз социальный запрос на технологии достижения общественного согласия в политических системах современных государств, - это мощный фактор отстранения «Господина мира» - обывателя от кормила власти. Обыватель не умеет жить без раздора, без насилия. Появление профессиональных политиков новой генерации будет отмечено их способностью интенсивно осмысливать и ёмко осознавать сущность всех социальных процессов. Рост социального напряжения не позволяет иным людям справиться с политическими коллизиями.

 

ПРОБЛЕМА НАИМЕНОВАНИЯ

Никто пока не предлагает названия для славянского вселенского геополитического проекта, - не предлагает прежде всего потому, что распространена уверенность в туманности так называемой «русской идеи». По умолчанию как-то тихо распространяется зависть к поколению дедов и прадедов, которые яростно звали все народы мира строить восхитительный коммунизм на всей планете.

Уважаемые в академиях идеи рационального и гуманного «Ноосферного» коммунизма Вернадского, идеи «Философии общего дела» Н. Фёдорова, идеи «космистов» - уникального русского замысла о покорении звёздных далей… Эти идеи не пригодились для политической пропаганды ни в ХХ ни в текущем веке.

Значит ли это, что у русского народа нет вдохновляющей идеи для всех народов земли?

Не значит. Такая идея есть. И её не сумеет использовать никакая политическая пропаганда. Как её изъяснить: всегда есть огромная разница между тем, что проповедуют, пропагандируют и тем, что хотят слышать и слышат. Поэтому, - когда пропаганда СССР поставила эстетику идеалов «светлого будущего» в центр официальной пропаганды, то были нарушены две великие и святые традиции.

Первая – сначала надо сделать добро и сделать его надо добротно, после уже – украсить и глянец, сияющий наводить. Нельзя сделать красивое зло, объективно невозможно после расстрелов и войн претендовать на высоту эстетического. Надо было только о добром будущем думать. Но примитивность понятий о доброте равна отсутствию добротности и надёжности. А светлое будущее – это непозволительная ЭСТЕТИКА. Когда эстетику ставят в начало, а доброту подразумевают, то не будет ни доброты, ни эстетики.

Вторая – руководить и командовать бездарно – никак нельзя, народ русский оставит дело недоделанным, но бездарное начинание проводить в жизнь до конца не станет никогда. Известно, что много споров было по поводу того, - достоин ли наследник своих предков. Поэтому в истории славян были как наследования, так и приглашения на княжение, хотя об этом пишут реже.

Строгий критик, возможно, констатирует, что так называемое «доброе будущее» не может быть глобальным геополитическим проектом, который мог бы выступить в роли основного стимула и «контента» для имиджа новейших политических сил для грядущих политических битв.

Но в этом то и вся загвоздка: пока будут политические битвы и не будет социальной гармонии, - любые проекты – обречены. Объясню, - почему. Древние мудрецы и современные обыватели верили, что свобода – условие счастья и свобода даёт возможность искать гармонию. Они так думали потому, что видели: раб и крепостной гармонию не найдут. Они не знали, что стряхнуть с себя рабство – это далеко ещё не обретение свободы. Это аналог НУЛЕВОГО уровня. Но обнуление зависимости – вовсе не рост способностей виртуозно и свободно творить шедевры. Свобода – это свобода реализации призвания, а не просто разбитые цепи рабов. Разбить цепи, обрести суверенитет – это счастье, а не свобода. Рождение этики в античной классике указало на неиссякаемый и непосредственный источник счастья – мудрость. И отсюда следовало, что реалистически мысля надо сначала обрести мудрость, затем этой мудростью обеспечить себе счастье полной чашей. Только после этого можно ставить вопросы о свободе, о пути, о дороге в будущее. Такова ОБЩАЯ логика. Обыватель привык думать наоборот: - «Сначала дайте ему так называемую «свободу», - тогда он всем покажет, - как на примере личной вседозволенности гарантировать самому себе так называемое «счастье».

Обыватель не может знать, что счастье условие свободы, не наоборот.

Общая логика: - только после достижения ОБЩЕСТВЕННОГО согласия, - то есть счастья, - народы смогут начинать искать пути к общему глобальному геополитическому доброму будущему. То есть к свободе.

Суверенитет политический, - это ещё не свобода поиска, это только свобода от рабства. Суверенитет – это счастье, но ещё не свобода.

Несчастные народы будут искать не путь к доброму будущему, а только способы отдать всем свои несчастья и отобрать у окружающих их счастье.

 Переходя от этой общей формулировке к рациональной логике можно строить систему предположений о том, что общественного согласия не будет в том социуме, элита которого не отличается высокой мудростью, пытается за чужой счёт решать свои проблемы.

 

Читать часть 3

 

04 Августа 2016 842 1

0
1  
На фотографии из архива сайта казачество москвы, переход в городе Бахчисарай в Крыму, недалеко от ханского дворца, для кого его нарисовали, как и куда по нему ходить, история умалчивает.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.